Иерей Алексий Скрипкин в трубе газопровода во время операции "Поток"

Об операции «Поток» чаще всего говорят одним образом: сотни бойцов прошли по газовой трубе и неожиданно вышли в тыл противника под Суджей. Но чтобы эти люди вообще смогли выйти на поверхность, кто-то должен был неделями обеспечивать жизнь огромного подземного механизма. Один из участников операции, иерей Алексий Скрипкин, увидел эту сторону «Потока» изнутри.

(more…)

Военный священник Алексий Скрипкин, отряд спецназа "Т"

Летом 2024 года шли тяжёлые бои за Волчанск. Одной из ключевых точек стало здание лицея. По рассказу иерея Алексия Скрипкина, противник поставил задачу окружить находившуюся здесь российскую группировку. Для наступления были переброшены свежие подразделения.

Только в первом эшелоне на лицей пошло более трёхсот человек. Их поддерживала бронетехника и миномёты. А над позициями находилось огромное количество беспилотников.

В здании оставались девять

Первоначально в лицее находились двенадцать бойцов отряда. К моменту решающего штурма один погиб, двое были ранены. В строю оставалось девять.

На помощь им пошла небольшая группа добровольцев из подразделений Министерства обороны и спецназа «Ахмат» — ещё двадцать человек. Итого — около тридцати. Против более чем трёхсот в первом эшелоне. В современной войне такое соотношение кажется почти невозможным. Тем более когда наступающие имеют бронетехнику, миномётную поддержку и превосходство в беспилотниках. Но позиции у лицея удержали.

Они не дали замкнуть кольцо

Пришедшая на помощь группа пробилась к зданию и заняла позиции вокруг него. Противник несколько раз пытался выбить бойцов. Не получилось. На следующий день нового штурма уже не последовало.

(more…)

Военный священник Игорь Васюков (в центре). Курская область

Бойцы уже сидели на броне. Двигатели работали. Через несколько минут подразделение должно было идти на штурм. Именно в этот момент к ним приехал иерей Игорь Васюков. Наступление почему-то задержали примерно на полчаса.

Эти полчаса дали священнику возможность совершить молебен перед боем. Четверо военнослужащих решили принять крещение. Для этого им пришлось снять бронешлемы. После молитвы бойцы снова заняли места на машинах. И пошли вперёд.

(more…)

Офицер армейского спецназа на засаде. Афганистан

С сержантом армейского спецназа В. я познакомился на одной из православных выставок в Санкт-Петербурге. Он в составе казачьего конвоя обеспечивал сохранность святынь. Разговорились. Оказалось, что он воевал в Афганистане в 173-м отряде армейского спецназа. Я знаю многих офицеров из этого отряда, у нас нашлись общие знакомые. Я предложил ему рассказать о своей службе. Он стал рассказывать…

Пишу я о войне с начала двухтысячных годов, разговаривал с десятками воевавших солдат и офицеров, но с таким мне сталкиваться ещё не приходилось. Сержант рассказал, что во время выполнения боевой задачи по приказу командира роты ему в Афганистане пришлось стать участником событий, которые не забываются.

Я привожу его рассказ совсем не для того, чтобы кого-то устрашить ужасами и дать повод для разговоров о жестокости войны. Я надеюсь, что искренний рассказ человека, которому пришлось на войне столкнуться с запредельным даже по военным меркам выбором, поможет осознать простую вещь: война – дело страшное и кровавое. Каждому воевавшему приходится делать то, о чём ему не то, чтобы рассказывать, просто вспоминать жутко! И потом ведь с этим ещё надо как-то жить… Но пример сержанта В. показывает, что даже из самой страшной ситуации есть выход. Своей личной судьбой он это доказал.

(more…)

Военный священник Андрей Шеломенцев. СВО

Иерей Андрей Шеломенцев находился в Донецке. На следующий день надо было вставать в четыре утра, поэтому он уже лёг спать.

Около десяти-одиннадцати вечера зазвонил телефон. На экране высветился командир подразделения, где воевал его единственный сын Егор. Отец Андрей сразу понял: просто так ночью комбат звонить не станет.

«Группа, в которой шёл ваш сын, подорвалась»

(more…)

Военный священник Михаил Францев на позициях в зоне проведения СВО

В первые недели СВО подразделение, в котором находился иерей Михаил Францев, продвигалось в направлении Николаева. Войска постоянно перемещались. Однажды сами оказались в окружении и вышли из него по единственному мосту, который ещё не был взорван.

Дороги минировались. И прежде чем по ним могла пройти техника, кому-то приходилось идти вперёд. Одним из таких людей был Артём — начальник инженерной службы полка. Отец Михаил называл его человеком героическим.

Он сам шёл разминировать дорогу

Под Николаевом дорогу перед подразделением заминировали. Можно было руководить работой из относительно безопасного места. Но Артём поступал иначе.

Шёл сам и лично разминировал дорогу.

Военный инженер первым оказывается там, куда остальным пока идти нельзя. У него нет права предполагать, что дорога безопасна. Он должен это проверить. И иногда опасность находится не только под ногами. Однажды Артём вышел на мост. И именно в этот момент мост взорвали.

(more…)

Протоиерей Вячеслав Бочаров (слева)

На передовой предупреждение об опасности иногда приходит не по рации и не от оператора беспилотника. Протоиерей Вячеслав Бочаров вспоминал необычную «систему раннего предупреждения», которую бойцы обнаружили совершенно случайно. Это были обычные собаки.

Если собаки спокойны — спокойно и людям

На позиции за животными начали внимательно наблюдать. Пока собаки ходили по двору, копошились, занимались своими делами, бойцы тоже чувствовали себя спокойно. Но стоило животным вдруг затихнуть — люди настораживались. А если собаки резко бросались в подвал, вопросов уже никто не задавал.

Бойцы бросали всё и бежали следом.

Через некоторое время наверху происходил прилёт.

(more…)

Личный опыт: как группа из десяти бойцов выжила
в огненном котле "элитного" дома,
потерянная командованием батальона.

«На брюхе, как учили в военной школе, мы подползли к гаражам и залегли между двумя из них. Нам повезло – рядом стояли скамейки. Мы с командиром взвода под одну скамейку, на которую падала тень от крыши гаража, и заползли. Бойцов тоже укрыли в полностью затемнённом месте. Плюс – мы были в КЗСах (костюм защитный сетчатый), а они свет вообще не отражают…»

Перед нами – дом из трёх подъездов на проспекте Победы. Центральный подъезд – пятиэтажный с надстройкой и чердачным окном, где сидел «духовский» снайпер. Он контролировал весь квартал. Командир взвода (опытный разведчик с Афганом) в последний момент изменил план: «Первым пойдёшь ты. Ты молодой, зелёный. А я тебя прикрою». Его группа должна была штурмовать центральный подъезд, моя (10 человек) – левый. Условие: через два часа идти навстречу друг другу.

(more…)

Протоиерей Святослав Чурканов

Рассказывает протоиерей Святослав Чурканов, помощник главного священника СВО по направлению Росгвардии:

«Осень 2022-го. Только что объявленная мобилизация. Донбасс. Я тогда работал с россгвардейскими подразделениями. После нескольких недель на Донецком направлении вернулся в Луганск.

А потом… Позвонили с незнакомого номера.

День 1: Звонок отчаяния и «Газель» надежды

«Батюшка, вы где?». – услышал я в трубку.

«Во-первых, кто это? Во-вторых, что случилось?» – спросил я.

«Мы железногорские мобилизованные. Помираем! У нас нет еды. Вообще ничего нет! И хохлы нас сильно побили…».

«Где вы находитесь?».

«Мы заходили в Макеевку, нас оттуда выбили. Находимся неподалёку».

(more…)

Иерей Николай Кравченко во время
Первой чеченской военной кампании был
снайпером отряда спецназа ВДВ.
Во время Первого штурма Грозного в январе 1995 года
ему пришлось идти на прорыв врукопашную...
Майор спецназа ВДВ Николай Кравченко в Грозном.

В самом начале штурма Грозного произошло событие, которое впечаталось мне в память на всю жизнь. Мы на броне медленно продвигаемся по улице. Я сижу на первом БТР и просматриваю дорогу в прицел снайперской винтовки. Вдруг вижу, как из подвалов и подъездов на улицу выбегают женщины, соединяются в одну толпу и бегут к нашей колонне. Они все бегут нам навстречу и кричат: «На-ши! На-ши!!!». В толпе – и дети, и пожилые женщины. (Это были русские люди, которые не успели уехать.) А позади всех, с трудом переставляя ноги в валенках с калошами, ковыляет совсем древняя старушка с палкой. Она кое-как доковыляла до меня и уткнулась лицом мне в бушлат. Долго так стояла и плакала, плакала… Столько лет с тех пор прошло, а эта бабушка до сих пор у меня перед глазами стоит словно живая. Как вспомню, аж сердце от боли сжимается… Мы отдали женщинам все продукты, что были у нас с собой, и двинулись дальше…

(more…)