С сержантом армейского спецназа В. я познакомился на одной из православных выставок в Санкт-Петербурге. Он в составе казачьего конвоя обеспечивал сохранность святынь. Разговорились. Оказалось, что он воевал в Афганистане в 173-м отряде армейского спецназа. Я знаю многих офицеров из этого отряда, у нас нашлись общие знакомые. Я предложил ему рассказать о своей службе. Он стал рассказывать…

Пишу я о войне с начала двухтысячных годов, разговаривал с десятками воевавших солдат и офицеров, но с таким мне сталкиваться ещё не приходилось. Сержант рассказал, что во время выполнения боевой задачи по приказу командира роты ему в Афганистане пришлось стать участником событий, которые не забываются.

Я привожу его рассказ совсем не для того, чтобы кого-то устрашить ужасами и дать повод для разговоров о жестокости войны. Я надеюсь, что искренний рассказ человека, которому пришлось на войне столкнуться с запредельным даже по военным меркам выбором, поможет осознать простую вещь: война – дело страшное и кровавое. Каждому воевавшему приходится делать то, о чём ему не то, чтобы рассказывать, просто вспоминать жутко! И потом ведь с этим ещё надо как-то жить… Но пример сержанта В. показывает, что даже из самой страшной ситуации есть выход. Своей личной судьбой он это доказал.

Рассказывает сержант В.:
«Мы уже привыкли, что у нас всё получается гладко и красиво. Но тут произошёл случай, который заставил нас полностью изменить отношение к своему поведению в засадах.

Как-то сидим и ждём очередной караван. Самодельное укрытие, которое оборудовали два наших солдата, было самым крайним. Обычно один дежурит, другой в это время отдыхает. Было уже не очень темно – уже чуть-чуть рассвело. Вдруг прямо на дежурившего солдата выходит афганский мальчишка лет десяти-двенадцати! (Хотя у афганцев возраст точно на глаз очень трудно определить.) Они с мальчишкой увидели друг друга практически одновременно. Расстояние было всего метров десять-пятнадцать.

Мальчишка сначала оторопел, но быстро пришёл в себя и стал делать вид, что он потерял овечку, даже специально замычал: ме-ме-ме. Солдату надо было решать, что делать. Времени на раздумье были секунды. Он твёрдо знал, что всякий объект, обнаруживший группу, должен быть уничтожен вне зависимости от пола и возраста. Продолжение читайте на моём канале «Хроники окопной правды: СВО, Сирия, Кавказ, Афган, ВОВ» https://dzen.ru/a/aNLd1r5uVhZPd66Y.